Weekly
Delo
Saint-Petersburg
В номере Архив Подписка Форум Реклама О Газете Заглавная страница Поиск Отправить письмо
 Основные разделы
Комментарии
Вопрос недели
События
Город
Власти
Анализ
Гость редакции
Взгляд
Человек месяца
VIP-рождения
Телекоммуникации
Технологии
Туризм
Светская жизнь
 Циклы публикаций
XX век - век перемен
Петербургские страсти
Судьбы
Поколения Петербурга 1703-2003
Рядом с губернатором
Круглый стол 22/9/2008

Вертикальный хаос Дагестана // Независимые СМИ - последняя надежда РФ на Северном Кавказе

По приглашению газеты "Дело" и информагентства "Медиа.СПб" в Санкт-Петербург на прошлой неделе приехала Надира ИСАЕВА - редактор опального дагестанского еженедельника "Черновик", против которой возбуждено уголовное дело по статьям: "публичные призывы к осуществлению экстремистской деятельности, совершенные с использованием СМИ" и "возбуждение ненависти либо вражды по признакам национальности" (см. "Дело" от 1 и 8 сентября 2008 г.).

Атака правоохранителей на журналистов сразу в нескольких северокавказских республиках (закрытие сайта "Ингушетия.Ru" и убийство его владельца Магомеда Евлоева; избиение главного редактора издания "Газета Юга" в Кабардино-Балкарии) по времени совпала с резкой активизацией силовых структур в борьбе с т.н. вооруженным терроризмом.

В редакции "Дела" прошел круглый стол, участники которого попытались осмыслить происходящее и наметить пути выхода из очередного силового кавказского тупика.
В разговоре участвовали: историк, писатель и публицист Яков ГОРДИН, советник председателя Совета Федерации РФ Наталия ЕВДОКИМОВА, директор информагентства "Медиа.СПб" Дмитрий ЖВАНИЯ, главный редактор газеты "Черновик" Надира ИСАЕВА, обозреватель еженедельника "Дело" Даниил КОЦЮБИНСКИЙ, литератор Самуил ЛУРЬЕ.

Буквально за несколько минут до начала обсуждения Надире Исаевой позвонил ее коллега - главный редактор газеты "Время Действий" (г. Дербент) Магомед Ханмагомедов - и сообщил, что в отношении его издания правоохранителями также начата проверка на предмет "экстремизма"...

Надира Исаева. Если говорить о Дагестане, то в последнее время, как мне кажется, руководство этой республики оказалось в очень сложной ситуации. На мой взгляд, центром выполняется задача "по разоружению местного населения". Учитывая, что у нас местечковые лидеры (как формальные, так и неформальные) в большинстве своем имеют оружие, можно говорить о том, что через разоружение реализуется некий курс на "восстановление управляемости территорий". Показательная деталь: еще до последних громких спецопераций и штурмов домов в Хасавюрте в регионе объявили режим КТО ("контртеррористической операции"), и на этом основании ФСБ провела массовые обыски, в том числе, по слухам, в доме главы городской администрации, его родственников (это известно достоверно), а кроме того, "прошерстили" сотрудников местного УБОПа и дом федерального судьи. Трудно сказать однозначно, что это: действительно ли борьба с экстремизмом или все же выражение недоверия к местным руководителям.
Насколько я могу понять, в Дагестане таким образом строится "управляемая вертикаль". Чечня, похоже, определилась с фигурой единоличного лидера. Ингушетия активно определяется. А вот в Дагестане, насколько я могу понять, поставлена задача разоружить всех поголовно - как экстремистов, так и остальных, - чтобы сделать республиканскую элиту менее воинственной и более управляемой, вроде как гражданской.

Однако полагаю, что главная причина бед в Дагестане не столько в том, что у людей на руках много оружия и нет единого "сильного лидера", а в тотальной коррупции, которая разъедает дагестанское общество. Именно она является социальной базой терроризма, умножая, я бы сказала, общую несправедливость в обществе и создавая огромный перепад в уровнях доходов различных частей населения. Поэтому у меня возникает вопрос: с той ли стороны федеральная власть подходит к борьбе с экстремизмом, там ли видит корни этого явления?

Даниил Коцюбинский. Но почему в "построении вертикали" и "разоружении всех" столь активную роль играет именно ФСБ, а не, допустим, президент республики?
Н.И. Когда в 6 утра в Хасавюрте был введен режим КТО, это стало для всех большой неожиданностью, и до сих пор никто, в том числе президент Дагестана Муху Алиев, не может достоверно знать, откуда все это исходило и что означало. Глава администрации города - человек, который в 1999 г. организовывал ополчения и боролся со вторгшимися со стороны Чечни боевиками. Сейчас этот человек находится, полагаю, в сложной ситуации: дома его близких обыскиваются федералами во время проведения КТО.

Что касается ФСБ, то почему теперь активизировалась эта служба (последние, удачные для силовиков, спецоперации в Дагестане были проведены силами ФСБ)? До недавнего времени борьбой с вооруженным экстремизмом занималось МВД. При том, что милиция не имела на эти действия соответствующих полномочий, о чем наша газета ей все время напоминала, подчеркивая, что для такой борьбы требуется, в первую очередь, интеллект, а не сила. Но, в соответствии с недавним указом президента РФ Дмитрия Медведева, данные полномочия теперь разделяются между ФСБ и МВД; это привело к обострению межведомственной конкуренции.

Д.К. Но МВД, выходит, тоже активизировалось и стало, в частности, "наезжать" на таких журналистов, как Вы...
Н.И. Наша газета неоднократно поднимала вопрос об адекватности мер, которые применяет МВД по отношению к гражданам. В конце июня в Махачкале была проведена спецоперация, в ходе которой были убиты три человека - преподаватель вуза, доцент Рашид Газилалиев, его жена Севда Абдуллаева и их гость Руслан Казанбиев. Все было сделано по старой схеме - бронетехника окружила дом, обстреляла его и т.д. Мы сразу заговорили о том, что люди оказались невинными жертвами, подняли вопрос о том, как формируются т.н. списки неблагонадежных и кто может оказаться следующей жертвой МВД...

К примеру, буквально сегодня поступила новость об уничтожении в Дагестане 10 "боевиков", которые еще только подозреваются (!) в совершении теракта. На чем основаны подозрения? Это никому не сообщают. Но глава МВД Дагестана безапелляционно заявляет, что речь идет о людях, прошедших на Западе идеологическую и боевую подготовку, знающих несколько языков и т.п.
Но вернемся к ситуации с "Черновиком". Надо отметить, что дело также и в ее учредителе, ставшем одним из организаторов митинга, на котором должно было прозвучать (хотя в итоге так и не прозвучало) требование отправить министра внутренних дел Дагестана Адильгерея Магомедтагирова в отставку и начать расследование всех эпизодов, подобных июньскому. Кроме того, на митинге поднимался вопрос о прозрачности действий милиции, об общественном контроле за спецоперациями.

Наталия Евдокимова. Мне кажется, что всё началось после известных громких событий на Северном Кавказе (и вокруг Южной Осетии и Абхазии, и в Ингушетии), которые подняли волну по всем кавказским республикам, что, в свою очередь, вызвало превентивный удар со стороны власти. Кто первым попадает под него? Тот, кто владеет информацией, влияет на умы. Проще всего начать с журналистов, у которых нет оружия, за которыми не стоят бандиты и т.п. И вот, очевидно, было принято решение - "упредить настроения", подобные тем, что растут в Ингушетии, а для этого сначала расправиться с теми, кто может донести информацию до общества.

Д.К. А какую позицию занимает президент Дагестана Муху Алиев и проявляет ли он себя хоть как-то в данной ситуации?

Н.И. Президент в курсе событий: он встречался с организаторами митинга, в том числе с учредителем нашей газеты, регулярно проводит трехсторонние встречи с организаторами митинга и силовиками. Однако в его позиции наблюдается эволюция. Когда вопрос о расследовании по делу о спецоперации в доме Газилалиева только поднимался, Алиев просил провести тщательные следственные мероприятия и т.п. В заданные сроки силовики следствие не провели и не предоставили доказательств того, что у них были веские основания, чтобы обстреливать дом. После этого риторика Алиева изменилась: он, комментируя ситуацию, стал делать ссылки, вроде: "как говорит следователь" и т.п. Уголовное дело против "Черновика" Алиев пока никак не комментировал.

Н.Е. А как относится к президенту Алиеву население?
Н.И. Он заслужил репутацию человека, чуждого коррупции, и в этом смысле рейтинг доверия граждан к нему всегда был достаточно высок, особенно в начале его президентства. Кроме того, он давно во власти: успел год побыть первым секретарем ЦК КПСС республики, затем более 15 лет возглавлял парламент и, наконец, был назначен президентом...

Яков Гордин. А каков национальный состав сотрудников ФСБ и МВД республики и существует ли в его рядах некое "стратегическое единство"?

Н.И. ФСБ, как правило, возглавляет русский. А если говорить о МВД, то принято считать, что это "аварское место". Хотя в МВД также вынуждены соблюдать баланс национального представительства.
Что касается "стратегического единства", то его в МВД нет, однако не по национальному признаку. Там происходит такая же поляризация интересов, как в любом коррумпированном органе. Руководство насадило в МВД повальную муштру, там рядовой состав сотрудников социально не защищен, многие не могут получить квартир, компенсаций за ранение, статуса участников боевых действий, у них маленькие зарплаты, круглосуточные дежурства и т.п. Министр воспринимает МВД не как народную милицию, а как силовую структуру, - отсюда и соответствующий формат работы. Поэтому в милиции назрели серьезные противоречия, и эта структура становится все менее управляемой. Чего стоит хотя бы забастовка сотрудников ППС после того, как вышел приказ министра о расформировании одного из подразделений.

Я.Г. Т.е., насколько я понимаю, в республике (и в МВД, в частности) назрел общий кризис, который усугубляется тем, что данная структура оказывает давление на население по религиозному признаку...

Н.И. Да, причем простого следования религиозному ритуалу достаточно, чтобы попасть в "список неблагонадежных". Говоря о противостоянии милиции и населения, я подчеркну, что очень многие устраиваются на работу в МВД изначально с целью злоупотребления властью: чтобы зарабатывать деньги за счет возбуждения, невозбуждения или закрытия уголовных дел. Поэтому говорить об "экстремизме" со стороны населения просто странно, когда оно наблюдает такую работу правоохранительных органов...

Я.Г. Как я понял, существует несколько конфликтных слоев. Во-первых, федеральная власть стремится разоружить население, отнять у него влиятельных лидеров, нивелировать клановость, и делает она это через сотрудников именно федеральных ведомств. Причем давление со стороны федерального центра, может быть, даже не связано с тем, что происходит непосредственно в Дагестане. Второй же слой - столкновение различного рода властных структур с гражданами. И, наконец, среди самих силовиков существует некоторый раскол. Эта многослойная ситуация оставляет ощущение хаотичности, когда "все враждуют со всеми"...

Самуил Лурье. Я слежу за тем, что происходит в Дагестане по интернет-сайтам и воспринимаю все это по аналогии с тем, что творится вообще в стране: везде есть распущенная орда тунеядцев, которых называют милиционерами, силовиками и как-то еще. Соединение безнаказанности и неудовлетворенных аппетитов порождает положение вещей, когда во избежание некоего "милицейского мятежа" им позволяют делать все, что заблагорассудится, убивать, кого они захотят. В этом смысле СПб отличается от Махачкалы разве только тем, что здесь больше СМИ, больше иностранцев, но в целом это не меняет картины разгула огромной организованной преступной группировки на всей территории РФ. И для Махачкалы, и для СПб диагноз один: любого совершенно невиновного человека можно безнаказанно убить - просто в СПб сделать это чуть сложнее.
Я.Г. Я полагаю это преувеличением. Все же в нашем городе убийство человека сотрудниками милиции - из ряда вон выходящее происшествие, а на Кавказе - обыденность, распространенная практика...

С.Л. На днях у нас в СПб три человека подошли к гражданину Иордании, представились сотрудниками милиции, сломали ему шею и скрылись. И до сих пор неизвестно, были ли они действительно милиционерами или нет - а почему? Потому что уже невозможно отличить милиционера от бандита.

Дмитрий Жвания. Я согласен с Самуилом Ароновичем в том, что происходящее на Кавказе отражает характерные для всей страны тенденции. Сейчас газета "Черновик" столкнулась с тем же, с чем столкнулась, к примеру, "Новая газета" в СПб, когда Росохранкультура возбудила против нее иск "за разжигание межнациональной розни". Поводом стала статья, в которой рассказывалось о призывах националистов из числа ДПНИ создать специальные концентрационные лагеря для грузин - соответствующая цитата была взята с сайта этого движения. Теперь мы доказываем в суде, что вовсе не нам пришла в голову эта мысль, что статья написана о том, как под маской борьбы против "геноцида осетин" и "грузинского фашизма" люди, к их удовольствию ставшие ньюсмейкерами, предлагают такие чудовищные меры. Словом, СМИ, которые еще пытаются отстаивать точку зрения, отличную от властной, постоянно сталкиваются с подобными преследованиями. А Кавказ в силу ряда особенностей, обретенных этим регионом в ходе многовековой истории, переживает данные болезни при более высокой температуре.
Я никогда не был в Дагестане и не знаю его специфики. Но известно, что это едва ли не беднейший регион в РФ. Разрыв между доходами элиты и простого населения, независимо от этнической принадлежности, просто огромен. Отсюда и коррупция, и произвол правоохранительных органов. А связующим звеном между гражданами и "элитой" выступают как раз милиционеры, призванные оградить ее от ненависти народной. К слову, когда я проезжал по Осетии, таксист показал мне какой-то дворец во Владикавказе и сказал: "Знаешь, чей? Нашего таможенника". И в его тоне было столько социальной ненависти, которая полностью перекрывает национальную солидарность... И любой, кто говорит вслух о таких вещах, немедленно навлекает на себя ненависть всей властной шайки-лейки в любом регионе. Другое дело, что вся система российской власти не позволяет гуманитарным способом бороться с этими явлениями, потому что она их и порождает - от Кремля и Госдумы до последнего милиционера...

Д.К. Я попробую все же вывести проблему, с которой столкнулись сегодня журналисты на Северном Кавказе (в частности, в Дагестане), на более общий уровень. Посмотрим: на каком фундаменте построила себя путинская империя? На фундаменте второй чеченской войны. Иными словами, современный российский авторитаризм построен на кровавом кавказском фундаменте. Неудивительно, что именно события в Беслане вполне закономерно были интерпретированы Кремлем как повод для дальнейшей "вертикализации" политического устройства страны. И в нынешней ситуации, когда начался новый "путинский цикл" и возникла необходимость еще крепче сплотить "нацию" вокруг "вождя", мы наблюдаем ту же картину: намеренную экстремализацию ситуации на Кавказе, направленную на то, чтобы "взбодрить" общество, отвлечь его от прочих проблем зрелищем, в очередной раз бросив кавказцев "на растерзание зверям в Колизее".

После Беслана Путин говорил о необходимости отказа от выборности губернаторов. Казалось бы, какая связь? Да никакой - просто нашелся "хороший кавказский повод"! То же самое происходит и теперь: вступили в конфликт с Грузией и признали независимость Южной Осетии и Абхазии. И вот Путин, в очередной раз используя "хороший повод", заявляет о том, что, дескать, если бы мы не защитили осетин, то Северный Кавказ решил бы отделиться от РФ. И это, по сути, оказывается сигналом к усилению "борьбы с экстремизмом" в данном регионе.
Таким образом, очевидно, планируется начало строительства очередного этажа уходящей в бесконечную высь имперской цитадели. Выстраивается вполне внятная перспектива той политики, которую сейчас будет проводить власть: имитация очередной кавказской войны. Именно имитация, потому что воевать на самом деле уже не с кем... Остались одни журналисты и какие-то люди в горах. Но это не мешает создавать насколько напряженную, настолько же и "триумфальную" атмосферу, подкрепляя ее эйфорией от "победы над Грузией"...

Я.Г. Я несколько побаиваюсь тех стройных картин, которые рисует Даниил. Мне кажется, все происходящее свидетельствует не столько о целеустремленности власти, сколько о растерянности. Она не совсем представляет себе, что делать: ведь любая ее работа превращается в работу против себя. Я сомневаюсь, что Кремлю действительно нужен бурлящий Кавказ, и поэтому для меня загадка, почему Зязиков до сих пор не снят со своего поста и ситуация в Ингушетии доведена до нынешнего состояния. Это можно объяснить разве что политическим непрофессионализмом...

И разворачивающийся на Кавказе хаос - это незапланированный хаос. Учитывать специфику Кавказа власть не хочет, руководствуясь врожденным стремлением наложить одну общую схему на все пространство. Ничем хорошим это кончиться не может, причем проблемной зоной я назвал бы и Чечню, где мы наблюдаем не реальную, а ложную стабильность.
Н.Е. Я исхожу из того, что все операции, которые трактуются как борьба с экстремистами - кем бы они ни были, - это превентивные действия против сепаратизма. Великий государственник Путин с большим удовольствием присоединит что-нибудь еще к России, но никого не отпустит. Но тот факт, что на Кавказе нет единства между местной милицией и общероссийской ФСБ, говорит о том, что реальной управляемости в регионе нет...
Что касается наших с вами действий, то все, что мы можем противопоставить имперскому хаосу, - это гласность.
Да, где-то вспыхнули шовинистические настроения, но где-то люди задумались об истинной природе событий, о том, что РФ оказалась в ситуации, когда мы опять "самые правые", а вокруг снова одни враги - за исключением Узбекистана и Венесуэлы.

С.Л. При взгляде со стороны действительно создается ощущение, что у власти нет никакого плана. На самом деле, особой гениальности в управлении государством не требуется, задачи все ясны: строить дороги, фабрики, давать людям работу. Но гораздо проще и дешевле обходиться ежедневным небольшим кровопусканием. Видимо, это всех устраивает. Раз уж вся власть принадлежит Госбезопасности, которая создавалась не для руководства экономикой, промышленностью и государством вообще, она делает это непрофессионально и не в силах организовать ничего, кроме шантажа и террора. Поэтому никакого оптимистического видения ситуации у меня нет, и я лишь хочу сказать, что в стране, где класс интеллигенции сведен до нескольких десятков человек, Кавказ все же демонстрирует некие модели человеческого поведения. Если в СПб можно убить человека на улице у всех на глазах и никто и близко не подойдет, то не так это просто сделать в маленьком селении на Кавказе. Там всегда будут знать, кто убил, кого, за что, и рано или поздно злодея настигнет если не возмездие, то общественное осуждение. Кавказ, в отличие от Москвы и СПб, оказался хранителем пусть жестокой, доисторической, но все же справедливости, которая помнит о добре и зле. Может быть, в этом находится зерно будущего, но более подробно об этом рассуждать я бы не хотел...

Д.Ж. Что касается Дагестана, то мне кажется, что республика показывает всему Кавказу неплохой пример сосуществования этносов. Русскому обывателю это может казаться незначительным фактором, но для кавказцев - принципиальный вопрос. И в Дагестане я не знаю прецедентов межэтнических столкновений - наподобие тех, что происходили в Пригородном районе или в Сухуми в 1989-1990 гг.
А что касается взаимоотношений федерального центра и республик Кавказа, то я также не усматриваю здесь никакого сценария властей. Логики в их действиях нет. Бессмысленно, например, поддерживать режим Кокойты, потому что его не очень-то поддерживают жители самой Южной Осетии...
Что касается Ингушетии и Чечни, то там проблема стоит очень остро. Ингуши никогда не смирятся с тем, что их выгнали из Пригородного района. Не случайно ингушские милиционеры уходили с работы, чтобы не ехать в Осетию и не воевать на стороне осетин. Вообще же, главная, на мой взгляд, проблема РФ и Кавказа, в частности, - наш рядовой соотечественник, который удовлетворяется ТВ-программами о якобы победоносном продвижении нашей армии и испытывает при этом гордость за страну. Именно эту проблему надо решать в первую очередь.

Д.К. Хочу вернуться к вопросу о судьбе газеты "Черновик" и ее сотрудников, а также о том, на что здесь можно уповать. Я бы исходил из следующего: и в Дагестане, и в РФ вообще никто из представителей власти не питает никаких просвещенческих иллюзий. Не осталось больше ни Александра I, ни Александра II, ни Екатерины II с их "конституционными мечтаниями". Все начальники нынче хотят жить при абсолютно гладкой властной "вертикали". Поэтому говорить, что мы надеемся на то, что можно воззвать к обществу, которое, в свою очередь, повлияет на "просвещенную власть", при данном положении вещей не совсем честно.
Но во власти есть две составляющие: чисто полицейская, силовая, и гражданская, которая стремится к тому, чтобы не все проблемы разрешать исключительно силовыми методами. Т.е., помимо "бериевской линии", где-то таится еще и "хрущевская". Я говорю, конечно, всего лишь о декорациях, но этот во многом мнимый дуализм все же можно попытаться использовать в борьбе хотя бы за относительную свободу слова и спасение судеб конкретных людей.
В Дагестане есть, с одной стороны, президентская власть, которая пытается удерживать республику в состоянии большей стабильности, чем в Ингушетии, и большей лояльности Кремлю, чем в Чечне, и, с другой стороны, есть силовики, которые в своем стремлении захватить все ресурсы и все влияние ставят под угрозу хрупкую конструкцию, создают риск развития событий по "ингушскому сценарию". Президенту Дагестана в этой ситуации необходимо установить реальный, а не номинальный контроль над силовыми ведомствами. И в этом деле независимая пресса может оказать ему поддержку. Таким образом, получается, что существование в Дагестане независимой прессы выгодно не только населению, но и Кремлю, который, как я полагаю, заинтересован все же, скорее, в имитации новой кавказской войны, нежели в начале большой заварухи. Поэтому со стороны Кремля было бы рационально дать такую власть Алиеву, чтобы он мог, без оглядки на местного главу МВД, выполнять поручения Кремля. Но для этого необходимо, чтобы действовали такие издания, как "Черновик" и "Время действий". И если эта нехитрая мысль будет озвучена на уровне столичных СМИ и элит, есть шанс, что ни в чем не повинных журналистов оставят, наконец, в покое.

Н.И. Если мы сравниваем положение вещей в различных кавказских республиках, то надо сказать, что до недавнего времени в Дагестане ситуация со свободой СМИ была относительно благоприятной. Здесь играли роль и фактор полиэтничности, и клановая структура общества. А теперь примером расправы над "Ингушетией.Ru", похоже, заразились наши силовые ведомства. Что же касается логики в действиях госаппарата в отношении Кавказа, то ее просто не может быть по определению. Наш центральный госаппарат нацелен не на то, чтобы выстраивать какую-то стратегию, региональную политику, а лишь на перераспределение ресурсов. Отсюда хаос, сумятица и неразбериха. Но если мы не будем гласно обсуждать все эти вопросы (в том числе и поднятую самим Путиным тему северокавказского сепаратизма), если не будем вести диалог, мы не сумеем предотвратить критическое обострение противоречий в регионах, чреватое непредсказуемыми необратимыми последствиями.

Назад Назад Наверх Наверх

 

Вертикальный хаос Дагестана // Независимые СМИ - последняя надежда РФ на Северном Кавказе
По приглашению газеты "Дело" и информагентства "Медиа.СПб" в Санкт-Петербург на прошлой неделе приехала Надира ИСАЕВА - редактор опального дагестанского еженедельника "Черновик", против которой возбуждено уголовное дело по статьям: "публичные призывы к осуществлению экстремистской деятельности, совершенные с использованием СМИ" и "возбуждение ненависти либо вражды по признакам национальности" (см.
Подробнее 

Вечера в Европейском // Почему в России нет спроса на демократию?
Очередное заседание семинара "Вечера в Европейском" было посвящено обсуждению доклада профессора Европейского университета в Санкт-Петербурге Кирилла Борисова.
Подробнее 

Беспредел в Ингушетии // Все вопросы - к президенту
В Петербурге побывал руководитель ингушской правозащитной организации "Машр" ("Мир") Магомед Муцольгов, рассказавший журналистам о том, что сегодня на самом деле происходит в Республике Ингушетия (РИ) и кто виноват в не прекращающихся в ней убийствах и похищениях людей.
Подробнее 

Жаркое лето в Палестине // Ближний восток глазами экспертов "Дела"
На страницах "Дела" продолжается дискуссия о политической ситуации в Израиле и Палестине.
Подробнее 

ЧТО ХОТЯТ МОЛОДЫЕ? // Российская демократия глазами студентов
Многие поколения наших соотечественников, махнув рукой на собственное благополучие, заклинали: "Лишь бы дети жили хорошо".
Подробнее 

В России перестали мечтать // 19 августа пятнадцать лет спустя
15 лет прошло с момента августовских событий 1991 года.
Подробнее 

Михаил Касьянов // Когда ситуация назреет…
Президиум движения с неоднозначной аббревиатурой НДС ("Народно-демократический союз") утвердил повестку съезда, который состоится 1 июля в Москве и на котором лидер движения, экс-премьер РФ Михаил Касьянов выступит с главным докладом: "О политической ситуации в стране и перспективах её развития".
Подробнее 

Возлюби чужого как ближнего своего?
Наверное, одна из самых важных проблем, с которой столкнулось человечество в XXI столетии, - это проблема активного и неуклонного иммиграционного проникновения выходцев из Азии, Африки и Латинской Америки в Северную Америку, Европу и Россию.
Подробнее 

История России подошла к концу?
"Идем путем Сусанина, дорогой ВВП!" - вероятно, под таким негласным девизом 23 марта в Костроме пройдет заседание Госсовета, посвященное охране культурного наследия.
Подробнее 

Надо ли бежать от политики? // Когда тебе и так есть чем заняться...
Должен ли интеллектуал приносить себя в жертву "общему делу", если оно не сулит скорой победы? Должен ли карабкаться на виртуальные баррикады и, подобно Рудину, неуклюже размахивать революционной саблей? Должен ли, вопреки доводам практического разума, во весь голос называть черное черным, а белое белым? .
Подробнее 

Московские петербуржцы // Вскрытие показало?
Есть ли в президенте Путине и прочих "московских петербуржцах", ныне правящих страной, хоть что-нибудь "истинно петербургское"? .
Подробнее 

От пятилетки количества к пятилетке качества роста российского ВВП
В беседе за круглым столом, которую еженедельник "Дело" проводит совместно с факультетом экономики Европейского университета в Санкт-Петербурге (ЕУ СПб), приняли участие Кирилл Борисов - канд.
Подробнее 

 Рекомендуем
исследования рынка
Оборудование LTE в Москве
продажа, установка и монтаж пластиковых окон
Школьные экскурсии в музеи, на производство
Провайдеры Петербурга


   © Аналитический еженедельник "Дело" info@idelo.ru